Дом Давида

Дом Давида - так на тель-данской стеле была обозначена не только династия, но и вообще всё наследие преуспевшего пастушка. О том, как в у дома того крыша едет, хорошо размышляется там, куда мы вышли на первую в этом учебном году прогулку участников семинара “Вокруг да около Храма”, - на крутом склоне ущелья сынов Хиннома (Гей бней-Хинном), сиречь Геены, над слиянием двух долин (упомянутой Еномской и Кедронской, с видом на всё, то есть: - на город Давида, - на гору Сион, - на гору Поругания, - на гору Масличную, - на гору Храмовую. На дом Давида. Место это (откуда всё видно) называется Хакель-Дама (Акельдама, Акелдама) и славится оно жуткими и прекрасными преданиями. В суммированном виде их давно уже изложил архимандрит Никифор; ему и предоставим слово: “АКЕЛДАМА (Деян 1:19; Сирийское слово, зиачущее поле или село крови) встречается только в указанной цитате, как название части земли, купленной за 30 сребреников, полученных Иудою за предание Спасителя и возвращенных им снова Иудейским первосвященникам, которые впрочем, считая непозволительным вложить оные в сокровищницу церковную, потому что эта цена крови, купили на них землю горшечника для погребения странников (Мф 27:6-8). Отсюда произошло и название оной: Акелдама. Означенное место находилось на ю.-в. долины Геонской, на ю. от Сиона, и называлось первоначально, как сказано выше, землею горшечника, так как доставляло известный род глины, годный для горшечного производства. Акелдама продолжала служить местом погребения до сравнительно новейшего времени. Еще в VII столетии здесь погребались Армянские христиане, жившие в Иерусалиме. В средние века обычно верили, что земля, взятая с этого поля, владела особенным свойством разлагать тела покойников в несколько дней: потому-то в означенное время привозились целые корабли акелдамской земли для кладбищ г. Пизы в Италии. В Акелдаме доселе еще существует каменное, в настоящее время полуразрушенное здание с дугообразною кровлею, глубоко вросшее в землю, но без всякого выхода. По мнению Д. Стэнли, оно в древности служило усыпальницею для погребения странных. Этот памятник древности виден издалека и, как кажется, частью древней, а частью новой постройки”. Никифор, впрочем, не приводит самих евангельских цитат, представляющих две совершенно разные версии судьбы 30 шекелей. Что ж, процитируем. Начнем с Матфея: “И, бросив сребренники в храме, он вышел, пошел и удавился. Первосвященники, взяв сребренники, сказали: непозволительно положить их в сокровищницу церковную, потому что это цена крови. Сделав же совещание, купили на них землю горшечника, для погребения странников; посему и называется земля та “землею крови” до сего дня. Тогда сбылось реченное через пророка Иеремию, который говорит: и взяли тридцать сребренников, цену Оцененного, Которого оценили сыны Израиля, и дали их за землю горшечника, как сказал мне Господь“. В Деяних же Апостолов сказано так: “…Но приобрел землю неправедною мздою, и когда низринулся, расселось чрево его, и выпали все внутренности его; и это сделалось известно всем жителям Иерусалима, так что земля та на отечественном их наречии названа Акелдама, то есть земля крови”. Версии сходны в одном - название “акелдама” бывшая земля горшечника получила уже после означенных событий. А вот так ли это? В упомянутом Матфеем пророчестве Иеремии-Йирмейаху (глава 19) про серебрянники хоть и не сказано ни слова, но про “землю горшечника” мы кое-что узнаем. Например, что туда вели ворота, именуемые Харсиот, что на иврите значит “глиняные”. Логично предположить, что и место так и называлось “земля (поле, надел) глины”. Так было в эпоху Первого Храма, до Вавилонского плениния и, следовательно, до того, как арамейский язык стал разговорным в Иудее. Так вот, смею утверждать, что “хакель дама” на арамите, хоть и может буквально переводиться как “кровавое поле”, но означает куда более мирное понятие - просто “участок глины”, то есть Акелдама это и есть земля горшечника. Потому что “дам” (кровь) и “адом” (красный), и “адама” (земля, красная глина) - слова однокоренные. Слово “хакель” - зверь редкий, и нигде в священных текстах нам более не встречается. Но мы знаем производные от него - например, “хаклаут” (сельское хозяйство) или “хаклаи” (крестьянин). Есть мнение, что “х-к-л” - это метатеза (перестановка знаков) “х-л-к” (“хелек” - часть, а “хилька” - земельный надел). Но особо богатым это месторождение глины быть не может. Уж больно скалисто-каменисто вокруг. Думается, что уже к концу первого века до н.э. глина была вычерпана и соскреблена отсель полностью. Тогда и стали использовать этот склон для высечения погребальных пещер. И не только, надо полагать, для странников. И по сей день мы имеем счастливую возможнсть созерцать не менее 40 вырубленных в скале могильников, представляющих из себя типичные для периода Второго Храма иудейские погребальные пещеры, включающие в себя такие характерные элементы как: двухметровые ниши для тел (на ивр. - “кух”) с фасками для каменных плит, закупоривающих ниши на время разложения тела; неглубокие четырехугольные бассейны посреди центрального погребального зала для промывки костей; акросоли - спец. полки для оссуариев (каменных гробиков для перемытых и собранных в компактную кучку косточек). Со второго века н.э. этим готовым некрополем активно начинают пользоваться римляне, с четвертого в.н.э. - византийские христиане (рядом строится и монастырь, который будет разрушен персами в 614 г.н.э), а с конца XI века здесь, в легендарно-зловещей Акелдаме крестоносцы устраивают братскую могилу, для чего и возводится упоминаемый Никифором гигантский “трупосборник”. Похоже, что он использовался по назначению и далее, поскольку верхняя часть его, крыша арочного типа, явно сложена в более поздние времена (возможно, уже при османах). Зато нижние ряды кладки - ярко выраженные “крестоносные”, с псевдоиродианской рустовкой. В конце XIX века стараниями греческого монаха Кирилла в Акелдаме был основан монастырь, посвященный преподобному Онуфрию Великому и Египетскому. С его житием можно ознакомиться вот тут -  http://www.hram-vlad-butovo.ru/libr/life/onufr.html Хотя в житие не сказано об этом ни слова, бытует в среде Иерусалимской патриархии предание, будто три года он провел на Святой Земле. Факт непроверенный. Но меня тут осенило, почему все-таки монастырь носит имя Онуфрия. Расслабьтесь, это - телега. Прочитали Житие? Обратили внимание на такой факт: “Когда истлела его одежда, и он сильно страдал от зноя и холода, Господь одел его густым покровом волос на голове, бороде и теле”? А теперь скажите, кто из библейских персонажей является внешним прототипом Онуфрия? Правильно, тот, кто был “как плащ волосатый”, то есть Эсав (Исав), брат Якова. Просекли, к чему я клоню? К тому, что Эсав, мало того, что шерстью покрыт бал, так он еще КРАСНЫМ (зря что ли его еще и Эдомом прозвали). Значит, выстраивается такая ассоциативно-логическая цепочка: Хакель-Дама - кровь-глина-красный - Эдом-Эсав - волосатый, как одежда, - пр. Онуфрий. Так и получил монастырь его имя. Шутка. А монастырь мы посетили. Уютный. И сестра Серафима - приветлива и любезна. Говорит по-английски. Уф… Заболтался. Чуть было не забыл упомянуть о раскопках, которые здесь проводились в 1989 году,и в ходе которых были обнаружены удивительные артефакты: 40 оссуариев с орнаментами и надписями (иврит, арамейский, греческий), керамические масляные лампочки разных эпох, великолепные образцы римских стеклянных сосудов, золотые женские украшения… Подробнее обо всем этом мы будем говорить на семинарских занятиях. А теперь - иллюстрации: 1) То, что я снимал на генеральной репетиции прогулки в Хакель-Даму, -  http://www.livejournal.com/users/m_k/144724.html 2) То, что я снимал во время самой прогулки, - (  \l “cutid1” Read more… ) 3) Фотографии      hachikа -  http://www.livejournal.com/users/hachik/77341.html 4) Фотографии      _bees_ -  http://www.livejournal.com/users/\_bees\_/19505.html И - спасибо всем участникам прогулки! Правильное открытие сезона получилось. И вот какой апдейт: все-таки я свин, что попёр в Хакель-Даму, не дождавшись возвращения      antikа. Это его темочка. И я не имею права не выразить Андрею благодарности - без него не было бы прогулочки. И еще одна благодарность - владыке Иерусалимской Патриархии отцу Аристарху, официально разрешившему посетить нам монастырь Онуфрия.