Город в белом. “Баухауз” в Тель-Авиве
Прямо у нас под носом, в самом сердце Государства Израиль, среди мусорных баков и пластиковых жалюзи, кроются настоящие жемчужины архитектуры. Это подтверждено авторитетными инстанциями: 3 июля 2003 года организация ЮНЕСКО внесла центр Тель-Авива — так называемый Белый город — в список памятников архитектуры. Отныне Белый город является достоянием всего человечества, и к нему должно быть особое отношение. Здесь самая высокая в мире концентрация домов, выстроенных в стиле “баухауз”. До сих пор подобного статуса удостоились около 700 объектов, но к современным архитектурным стилям относятся лишь восемь, и среди них — Тель-Авив.
Сразу по признании Тель-Авив получил от ЮНЕСКО подарок в размере двух миллионов долларов, и теперь центр Тель-Авива находится под контролем международных организаций. В частности, контролируются все аспекты проектирования и строительства в этих кварталах, здания “баухауз” запрещено сносить, а их реставрация должна осуществляться в соответствии с международными законами и нормами. Если Тель-Авив не будет соответствовать всем этим нормам, он рискует быть вычеркнутым из престижного списка, что нежелательно, поскольку города, в нем фигурирующие, всегда привлекают туристов и быстрее развиваются. Здания, благодаря которым Тель-Авив удостоился такой чести, были отремонтированы и отреставрированы. Дома, построенные в 20-40-х годах XX века, выглядят как новые.
Прогулка по этим кварталам займет у вас около трех часов. Завершить ее можно в каком-нибудь кафе в квартале “баухауз” на улице Дизенгоф.
СХОДКИ НА БЕТОННОЙ КРЫШЕ
В том месте, где бульвар Ротшильд пересекается с улицей Мазе, стоит дом, который называется “Бейт Рубински у-Браун”. В 1932 году его спроектировали отец и сын — архитекторы Йосеф и Зеэв Берлины. Подобно многим тель-авивским зданиям, оно было названо в честь тех, кто дал деньги на строительство. Часто бывало так, что спонсоры потом жили в доме, построенном на их деньги, и расселяли здесь своих родственников. Так зарождались кланы нового типа — городские, восточноевропейского происхождения.
Если вы посмотрите на этот дом, то первое, что бросится вам в глаза, — это вертикальное окно с металлическими перекрытиями, идущее через весь фасад. Окно выступает углом и четко делит здание на две части. С обеих сторон к окну примыкают открытые балконы. Их линии — не прямые, как мы привыкли, а закругленные.
Входная дверь дома выполнена в стиле “арт-деко” и несколько смягчает общий монументальный вид здания. Плоская крыша — главный элемент стиля “баухауз”. Жильцы дома владеют крышей сообща. Так задумали архитекторы, стремившиеся сохранить в современном городе некий элемент общинной жизни. В те годы на крышах стирали, сушили белье, загорали и просто собирались поболтать.
БРИЗ МЕЖДУ СТОЛБАМИ
На противоположной стороне бульвара Ротшильд стоит дом, спроектированный в 1933 году архитектором Зеэвом Рехтером. “Бейт-Энгель” — первое в Тель-Авиве здание на столбах. Такая манера строительства создавала особую связь между улицей и внутренним двором дома. Здесь можно было разбить садик, а благодаря столбам между домами сохранялась неплохая циркуляция воздуха.
Сейчас пространство между столбами в “Бейт-Энгель” почти полностью застроено, и все здание явно нуждается в капитальном ремонте. Вы только представьте себе, что было бы, если бы все тель-авивские дома были построены на столбах — какой бы бриз здесь дул! Несмотря на то что во многих таких домах пространство между столбами давно застроено, можно вообразить, как красиво эти здания смотрелись когда-то. Отличительная особенность этих домов — бетонные обрамления на фасаде, подчеркивающие узкие и длинные ленточки окон.
За свои труды Рехтер получил в “Бейт-Энгель” две квартиры. Для своей жены — владелицы детского сада — он оборудовал в первом этаже помещение для сада. Внутренняя планировка квартир характерна для большинства домов стиля “баухауз” — просторная прихожая, коридор, большие комнаты, которые могут служить и гостиными, и спальнями. Кухня — маленькая, она всегда отделена от гостиной, по размеру она ненамного больше прихожей. Столовая — то, что в современных израильских квартирах называется “пинат-охель”, — не предусмотрена. Неудивительно, что в таких домах вся семья собиралась на балконе или террасе — самом просторном помещении квартиры.
ПРОДУМАННАЯ АСИММЕТРИЯ
В нескольких сотнях метров от “Бейт-Энгель” бульвар Ротшильд пересекается с улицей Энгель, где сосредоточена большая часть домов стиля “баухауз”. В последние годы эта небольшая, но очень живописная улочка стала любимым местом прогулок тельавивцев. Дом под номером 5 — “Бейт-Агински”. В 1934 году его спроектировал архитектор Сэм Баркан.
Этот причудливо асимметричный дом состоит из многочисленных открытых пространств, здесь узкие окна и маленькие — “французские” — балкончики.
Стоит обратить внимание на окно лестничной клетки — оно покрыто квадратиками толстого стекла. Над большим окном, которое делит здание надвое, возвышается бетонная беседка, выстроенная прямо на крыше.
УГЛЫ И ИЗГИБЫ
Неподалеку, на перекрестке улиц Шенкин и Гильбоа, стоит построенный в 1936 году “Бейт-Рубински” — проект архитектора Люсьена Корнголда. Это здание полностью построено из железобетона и отличается необычным сочетанием острых углов и плавных изгибов. Прямые, резкие очертания окон смягчаются закругленными линиями стен и балконов. На северной стороне здания — открытые балконы с плавно изогнутыми перилами. Жильцы только одной квартиры застеклили свой балкон, и он, закрытый пластиковыми жалюзи, стал единственным чуждым элементом в элегантном облике здания.
Дом стоит на массивных белых столбах, которые тоже имеют круглую форму. Раньше на первом этаже был популярный цветочный магазин, а сейчас жильцы паркуют здесь свои автомобили.
БАЛКОН НАПРОТИВ БАЛКОНА
“Бейт-Хоренштейн” — он же “Дом с балконами” (“Бейтха-мирпасот”) — стоит на углу улиц Дизенгоф и Кинг Джордж. В 1936 году его построил архитектор Зеэв Хеллер. Лесенка балконов, благодаря которым дом и получил свое второе название, напоминает морскую волну. Окошки на фасаде — небольшие. Получилось необычное сочетание прямых и плавных линий. Уже много лет в этом здании работает аптека Табачника — она стала неотъемлемым атрибутом дома.
Этот стиль вызывал в свое время немало споров — свидетельство тому можно найти в выходившем в те годы журнале “Строительство на Ближнем Востоке”. В 1937 году Юлиус Познер, крупнейший знаток архитектуры, опубликовал в этом журнале статью, объяснявшую популярность стиля “баухауз” в Тель-Авиве. По мнению Познера, современные евреи стремились создать в Эрец-Исраэль особый стиль, такой, который никоим образом не напоминал бы жизнь в диаспоре.
Примерно в то же время сам Хеллер спроектировал в Тель-Авиве один дом на улице Штрауса. Своими волнистыми линиями здание напоминает “Бейт-Хоренштейн”. Хеллер планировал построить еще один, третий по счету, дом так, чтобы его волны шли в направлении, противоположном направлению “волн” второго дома. Однако не успел — он получил приглашение поработать в Польше, где его мастерство ценилось очень высоко. Зеэв Хеллер погиб в концлагере.
ФЕМИНИЗМ НА ПЛОЩАДИ ДИЗЕНГОФ
Кикар Дизенгоф фигурирует в самых первых планах застройки Тель-Авива — тех, что были составлены еще в 1925 году шотландцем сэром Патриком Гедсом.
Поначалу — это было в 1933 году — проектированием площади занималась архитектор Женя Авербух. С точки зрения феминизма, который в те времена только зарождался, поручить женщине-архитектору проектирование столь важного городского объекта — это большое достижение.
Первоначально площадь, задуманная госпожой Авербух, располагалась на одной высоте с улицей. Жители небольшого тогда городка приходили сюда посидеть в кафе и сделать покупки. В начале 80-х, когда движение в Тель-Авиве стало чересчур оживленным, площадь была приподнята над землей.
Новая площадь, ничем не напоминающая ту, которую проектировала Женя Авербух, постоянно залита палящими лучами солнца — поэтому здесь долго не посидишь. Она расположена слишком далеко от магазинов, и даже знаменитый фонтан — произведение скульптора Яакова Агама — не придал ей популярности. А расположенные вокруг дома стиля “баухауз” отсюда практически не видны. В одном из этих домов находится кинотеатр сети “Хен”. Здание было построено в 1945 году архитектором Арье Шароном. Раньше в нем был один большой кинозал, сейчас — шесть небольших залов, а от старого здания мало что осталось. Если присмотреться, можно различить выступающие кирпичные элементы, создающие весьма своеобразный эффект.
БЕЛЫЙ КОНЬ
Зато соседнее здание сохранилось очень хорошо. В нем некогда располагался популярный кинотеатр “Эстер”. В 1939 году это здание построили архитекторы Йегуда и Рафаэль Магидовичи. В 2000 году дом был отреставрирован, и сейчас здесь гостиница “Синема”. Здание было заново покрашено, а столбы и металлические элементы оставлены в первозданном виде.
Над миниатюрными квадратными окошками были построены бетонные навесы, дающие превосходную тень. Это было попросту необходимо, поскольку данная часть здания освещается жгучим солнцем почти весь день. Сохранилась и массивная лестница у входной двери, а также большие витрины с деревянными рамами. На них до сих пор висят старые плакаты “Скоро на экранах”, оставшиеся с тех времен, когда здесь был кинотеатр.
Отношения между архитектором Йегудой Магидовичем и тогдашним мэром города Меиром Дизенгофом были весьма непростыми. Дизенгоф, разъезжавший по улицам Тель-Авива на белом коне, предоставил Магидовичу, занимавшему пост главного городского инженера, полную свободу в том, что касалось проектирования городских зданий. Но вот однажды Магидовичу тоже вздумалось покрасоваться на белом коне. Он начал разъезжать по тем же самым улицам, которые облюбовал для себя мэр. Жители, плохо знавшие знаменитостей в лицо, оказывали архитектору почести, которыми ранее удостаивали только мэра. Былая дружба быстро угасла.
ЗАБОТА О РАБОЧЕМ КЛАССЕ
К северу от площади Дизенгоф, между улицами Фришман, Фрог и Дов Хоз, расположены рабочие кварталы, спроектированные в 1936 году архитектором Арье Шароном для членов движения МАПАЙ. Архитектор обладал высокой сознательностью и верил в идеалы социализма.
Эти дома отличаются строгостью и простотой. Просторные внутренние дворики окружены трехэтажными зданиями. В этих двориках собирались соседи. На первых этажах квартир не было — вместо них здесь были оборудованы прачечные, детские сады и обязательно — почтовое отделение. Балконы, выходящие во дворик, смотрят прямо друг на друга.
Сейчас, спустя 67 лет, купить квартиры в этих домах могут только хорошо обеспеченные люди. Тихий внутренний дворик с пальмами создает впечатление уединенности и отдаленности от шумных городских улиц.
ВЕРНУТЬ БЫЛОЕ ВЕЛИЧИЕ
Сверните от бывшего рабочего квартала вправо на улицу Дов Хоз, а затем — налево, на улицу Гордон. Дом номер 9 по улице Гордон, “Бейт-Злотопольски”, — настоящая жемчужина “баухауза”. В 1935 году его построил архитектор Дов Карми. Недавно этот дом был тщательнейшим образом отреставрирован. Реставрационными работами руководил архитектор Амнон Бар-Ор. Ему пришлось следовать жестким международным нормам, благодаря чему здание приобрело былое величие.
Дом выкрашен белой краской, открыты и восстановлены в прежнем виде балконы. Остается надеяться лишь на то, что в недалеком будущем подобным образом будут восстановлены и другие дома “баухауза”.
НОВЫЕ ВРЕМЕНА
Пентхаузы на месте общих крыш, стекло и жалюзи — там, где когда-то были открытые балконы. Стиль “баухауз” — прошлое и будущее.
В Тель-Авиве насчитывается около 3 700 домов стиля “баухауз”. Самыми выдающимися архитекторами этого стиля были Арье Шаров, Шмуэль Местечкин и Шломо Бернштейн — выпускники школы “Баухауз” в Германии. Кроме них, были еще и Зеэв Рехтер, и Биньямин Членов из Парижа, Дов Карми и Женя Авербух из Бельгии. Большинство из них начали работать, когда у Тель-Авива еще не было собственного архитектурного облика и городу не хватало четкого проектирования и быстрого строительства. Все это давало большую свободу для творчества.
Модернизм, царивший в 30-е годы прошлого века во всех сферах жизни и искусства, оказал свое влияние и на архитектуру. Самой выдающейся школой международного стиля в строительстве была школа искусства и дизайна “Баухауз” в Германии. Здесь царила атмосфера свободы, авангарда и плюрализма. Когда к власти в Германии пришли нацисты, школу закрыли, и ее студенты, многие из которых были евреями, начали претворять свои знания в жизнь в самых разных странах мира. Некоторые из них попали в Израиль и воплотили в Белом городе то, чему их обучили в школе “Баухауз”.
Одна из основных характеристик зданий стиля “баухауз” — железобетонный каркас В те годы армированный бетон был новинкой. Он позволял создать широкий фасад и открытые просторные балконы, так полюбившиеся жителям этих домов. Требования так называемого функционального дизайна предписывали делать фасад дома строгим, без архитектурных украшений и излишеств. Крыши делались плоскими — специально для того, чтобы их можно было использовать в качестве соляриев или хотя бы для того, чтобы сушить на них выстиранное белье. Впоследствии на многих таких крышах были выстроены пентхаузы.
Открытые балконы играли немаловажную роль в жизни молодого города. Жители соседствующих домов переговаривались друг с другом прямо через улицу, стоя на балконах. С годами большую часть этих балконов закрыли жалюзи и толстые стекла, превратив их в комнаты. Остается надеяться лишь на то, что новый статус Тель-Авива поможет уберечь эти дома от столь варварского обращения.
Тали Хардавель
Израильский журнал “Мир путешествий”, июль 2004