Ротшильды: долгая дорога в финансовый рай
PRIVATEИстория крупнейшего финансового клана Европы
“Капитал - это труд” Альфонс де Ротшильд Карьера Ротшильдов являет собой пример потрясающей пробивной силы. У истоков знаменитой династии и 300-летней ее деятельности стоял обычный подросток, скромное настоящее которого ничего не сулило ему.
Семья будущего финансового магната в 18-ом веке занималась тем же, чем и все, - торговлей. Майер Амшель начал с того, что бросил школу, чтобы после смерти отца искать работу. Поиски привели его … на свалку. Легенда свидетельствует о том, что мальчик именно там решил найти свои деньги. Почему бы и нет? Ежедневно среди выброшенных вещей он отыскивал то вышедшую из обращения монету, то древнюю медаль, орденскую ленту или иной предмет старинного хлама. Каждый мальчишка любит развлекаться подобным занятием, но только отчаянно предприимчивый ум смог обратить подобное в наличные деньги.
Почистив и придав своей находке товарный вид, он успешно сбывал ее коллекционерам. Уже через несколько месяцев он таким образом приобрел известность в кругах франкфуртских любителей старины.
Он стал известен под именем Ротшильда. Это странное прозвище не было его фамилией. Так его прозвали из-за эмблемы, которая сохранилась над дверью его дома. Эмблема изображала чей-то фамильный символ в виде красного герба, что и звучит по-немецки: rot Schild.
“Ищите новые способы заработать” Майер Амшель Ротшильд Дело устроилось. На скопленные деньги Майер Амшель арендовал часть помещения местной городской забегаловки, чтобы открыть здесь собственную антикварную лавку, предлагающую предметы старины.
В этом же кабачке - комнатушке в 4 квадратных метра - между прочим, расположился и первый банк дома Ротшильдов. Здесь проезжие купцы могли поменять деньги одних германских княжеств на другие. Доходы от обмена иностранной валюты Майер, не долго думая, пускал в дело: скупая лавки менял, попавших в трудное положение, вместе с запасом монет, продолжал и расширял свои сделки.
Вся хитрость его монетного бизнеса состояла в том, что собранная, например, из монет коллекция продавалась дороже, нежели ее составляющие монеты, которые он приобретал по отдельности: добавленная стоимость возникала за счет “упорядочности” монет. По сути, подобный же метод применялся Ротшильдом позднее, с появлением так называемого “рынка ценных бумаг”, разумеется, уже в более широком масштабе: он и его сыновья, кропотливо собирая, продавали на бирже “упорядоченные финансовые потоки”.
За несколько лет фамилия Ротшильд стала уважаемой среди жителей города. Сам же он успел не только остепениться и укрепить свое материальное положение, но и разжиться несколькими великолепными коллекциями древностей из наиболее ценных образцов, которые он почему-либо оставлял себе. Итак, за год до судьбоносной встречи с принцем Вильгельмом, занимаясь меняльными операциями и продажей антиквариата и медалей, Майер Амшель Ротшильд, родоначальник семейного успеха, дошел до того, что городские финансовые инспектора назвали его обладателем состояния, максимально возможного для горожанина. Однако Майеру Амшелю этого мало.
Его беспрестанные “деловые поездки” по маленьким германским княжествам и герцогствам, где он сбывал свои старинные редкости увлекающимся аристократам, привели его на прием к еще одному завзятому коллекционеру - к принцу Вильгельму, будущему курфюсту и одному из богатейших людей того времени. Что же?
Всю свою накопленную многолетними трудами коллекцию Майер … преподносит принцу в подарок! То, что в реальности произошло дальше, напоминает скорее восточную сказку.
Пораженный таким роскошным бескорыстием, принц Вильгельм вопросил, какую награду желает его подданый. “Мне не нужно наград”, - смиренно ответил Майер Амшель. - И я в дальнейшем готов бескорыстно служить Вашему Величеству. Ротшильду было немедленно дано разрешение поставлять в Хассе-Ганау антиквариат и другие товары. А на следующий день на вывеске его лавки появился королевский герб и надпись: “Поставщик двора Его Величества”. Оборот “подданного” тут же возрос в десятки раз.
Через некоторое время, оценив финансовый талант Ротшильда, ландграф назначил его своим личным придворным банкиром, а так как ему не пришлось сомневаться в правильности своего выбора, вскорости стал непреложно доверять ему все свои денежные дела.
Так, деловая сметка и решительность талантливого банкира вывела его на преддверья вершин.
В дальнейшем Майеру удалось заинтересовать и привлечь к сотрудничеству в финансовых делах гессенских чиновников, среди которых был главный сборщик податей при земельной казне графства Ганау-владения принца и, позже, министр финансов суверен Карл Фридрих Будерус. Оценив одаренность Майера, тайный советник стал его покровителем и вложил капитал в Торговый Дом Майер-Амшель-Ротшильд.
“Добиться богатства, процветать, защищать себя “ Ги Ротшильд У Майера Амшеля Ротшильда было пять сыновей, которые продолжили его дело.
Дети родились обеспеченными, фактически, за счет состояния герцога Вильгельма, равном около двадцати млн. долларов по нынешнему курсу. Пуская в оборот наличные средства курфюрста, находившиеся в его распоряжении, Ротшильд-отец стал устраивать государственные займы в небывалых до того размерах. Прирост остался в руках семейства банкиров, а сами богатства были возвращены наследниками Ротшильда преемникам ландграфа. Но ошибкой было бы считать, что “Пять пальцев одной руки” после смерти отца обосновались “на всем готовеньком”. У них был, конечно, солидный капитал, но миллионером не начинал ни один.
В самом начале своей деятельности “Пять Франкфуртцев” рассредоточили свое предприятие в пяти важнейших центрах - нервных узлах Европы. Амшель, старший сын, вел все дела родового дома во Франкфурте, куда сходились все нити фирмы. Натан и Джеймс еще при жизни отца переехали в Англию и Францию и основали свои фирмы в Лондоне и Париже: еще и сегодня существующий банк “Натан Майер Ротшильд и сыновья” и “de Rothschild Freres” (“Братья Ротшильды”). Соломон поселился в имперской столице Вене, откуда князь Меттерних правил всей политикой в Европе. Карл основал свой банк в Неаполе, который через империю Бурбонов обеспечивал деньгами и другие итальянские города, даже Ватикан. Многозначно, что все эти города являлись и главными центрами политической жизни.
В политике Ротшильды, будучи связаны с правящими династиями своих стран (именно консервативная держава Австрия возвела братьев Ротшильдов во дворянство и присвоила каждому впоследствии звание имперского барона), настроены консервативно. В годы наполеоновских войн союзникам на континенте были переведены в качестве поддержки многие миллионы фунтов стерлингов.
Одним из самых удачных своих предприятий называли братья Натан и Джеймс случай, когда необходимо было для английской армии в Испании по поручению британского правительства переправить деньги контрабандой через Францию. Проявив все свое искусство банкира и, можно сказать, дипломата, Джеймс Ротшильд, который в то время был только агентом брата Натана в Париже, сумел ввести в заблуждение французские власти, представив перевод золота англичанами как проявление их слабости. Эта головокружительная акция во многом способствовала поражению Наполеона.
Между прочим, с этим переправленным золотом связана еще более ранняя история. Натан через свои бесчисленные ценные знакомства (которые он завязывал везде и на каждом шагу: в любой лавке торговцев металлоломом, антикваров и старьевщиков) удачно получил сведения, что Ост-Индская компания ожидает поступления крупной партии золотых слитков для продажи на аукционе. Натан явился туда пораньше и, предложив наивысшую цену, взял всю партию. Рассчитывал ли он заранее на то, что Английское правительство, узнав об этой сделке, захочет купить у него это золото? Так или иначе, но за этим оно прислало к нему эмиссара и предложило, кроме того, взять на себя обязанность доставить эти средства войскам Веллингтона, что им и удалось.
Сыновья продолжили финансовую тактику своего отца, сосредоточив внимание на устройстве государственных займов и почти монополизировав его, тем более, что государства в начале 19 века не знали еще внутренних займов. Получение векселя на имя датского короля было их международным дебютом при участии герцога Вильгельма. Под властью Наполеона они, вопреки всему, оставались на высоте, пряча в “двойное дно” своих экипажей векселя, собранные с должников для бежавшего герцога. Успевая вкладывать его состояние в организацию дешевой контрабандной транспортировки товаров с Востока для Англии в годы континентальной блокады, они в то же время договаривались о выгодной покупке золота …
За сто лет, с 1804 по 1904 год, на одних только займах они получили 1300 млн фунтов стерлингов, по прежней немецкой денежной системе это составляло 26 млрд. марок, а в современной валюте около 70 млрд немецких марок. До настоящего времени ни один европейский и ни один американский банк не достигал уровня дома Ротшильда по своим финансовым возможностям.
В Европе 6 великих держав - Великобритания, Франция, Россия, Австро-Венгрия, Пруссия и Ротшильды… Расхожая фраза 19 века
Из пяти братьев больше всех вложил в процветание и авторитет дома Ротшильдов третий брат -Натан, обладающий блестящим даром финансиста.
В 1798 году Натан переехал в Англию, где, будучи агентом своего отца, скупал в Манчестере изделия фабрик, став, таким образом, коммерсантом, полезным в торговле семьи. История начинаний Натана была однажды рассказана им самим:
“Во Франкфурте было слишком мало места для всех нас. Я вел дела с английскими товарами. Как-то приехал один англичанин, полностью владевший рынком. Он строил из себя великого человека и вел себя так, как будто оказывает нам милость, продавая нам свои товары. Я каким-то образом обидел его, и он отказался показывать мне свои образцы. Это случилось во вторник. Тогда я сказал отцу: “Я сам поеду в Англию!” Я говорил только по-немецки, но это для меня ничего не значило. В четверг я уже уехал. Чем ближе была Англия, тем дешевле становились английские товары. Прибыв в Манчестер, я истратил все свои наличные на покупки. Все было очень дешево, и я получил большую прибыль. Вскоре я понял, что из этого предприятия можно извлечь тройную прибыль: заработать на сырье, окраске и на собственном изготовлении. Фабриканту я сказал: “Я поставляю тебе сырье и краску, а ты мне - готовый товар”. Таким образом, я получил тройную прибыль и стал продавать дешевле других. За короткое время с моими 20 тыс фунтов стерлингов я получил 60 тыс. фунтов, двойную прибыль. Для достижения успеха я использовал только единственный принцип. Я сказал сам себе: “Что могут другие, то и я смогу”. Так я достиг уровня того англичанина с образцами и многих других. У меня было еще одно преимущество: коммерсантом я стал экспромтом, без всякой подготовки. Я все брал с собой и на месте заключал договор“.
До самой своей смерти Натан в Лондоне был основной движущей и направляющей силой самых крупных финансовых операций, в которых умелая игра с курсом и логические манипуляции с акциями сочетались с безупречной психологической работой.
Джеймс Ротшильд воплощал собой всю хитрость и въедливость семейного характера, как и умение приспосабливаться и приспосабливать. Он всегда все знал, всегда был в курсе многих планов через свои постоянные связи с ведущими министрами: часто случалось так, что тексты их речей в парламенте ему были известны еще до того, как их произносили. Кроме того, был настоящим мастером в нужное время и в нужном месте вручить “подарок” (“douceurs”), добиваясь покровительства финансовых величин и прессы. Предоставляя займы папе и умея в один раз выиграть на бирже 24 миллиона, он окончил тем, что стал вторым из самых богатых людей после короля.
Соломон, обосновавшийся в Вене, стал личным банкиром австро-венгерской знати, необходимым для поддержания их феодального стиля жизни, сам будучи под покровительством дипломата, публициста и друга князя Меттерниха - Фридриха фон Генца. До середины 50х годов 19 века Соломон и Амшель предоставили знати 25 млн гульденов. При том, что огромные земельные владения магнатов служили Ротшильдам необходимой гарантией, они никогда не давили на своих должников, довольствуясь умеренными процентами и предоставляя им достаточно времени. Этими займами Ротшильд торговал на бирже. Чтобы придать финансовому рынку еще больший импульс, два своих займа на 37,5 млн Соломон связал с выигрышной лотереей; тем самым он ввел в Австрии новый вид выигрышных займов, которые пользовались у публики большой популярностью.
Карл Ротшильд, наименее приспособленный к родовому занятию, набивал руку на коммерческих операциях в резиденциях мелких государств Италии.
Амшель, старший из пяти братьев, умер австрийским бароном, прусским тайным коммерческим советником и придворным банкиром, тайным финансовым советником курфюрста Гессена, тайным советником великого герцога Гессена, королевским консулом Баварии, рыцарем высоких орденов. И известен также своим завещанием: “…Никогда не забывайте, что скромность ведет к богатству”.
Таким образом, все они не только сохраняли семейный капитал, но и приумножали его. Имя братьев Ротшильдов стоит за многими глобальными мероприятиями XIX века. Они финансировали строительство железных дорог по всей Европе, покупку Англией Суэцкого канала, разведку нефти в России и Сахаре, поддерживали алмазные мероприятия во всем мире. Они ссужали русских царей, финансировали Габсбургов и предоставляли займы самому папе, спасая Папскую область от банкротства.
В 19 веке пять братьев выпускали государственные займы почти для всех стран - так что, по выражению современника, во всей Европе “лишь немногие правительства могут сказать о себе, что они не опутаны золотыми цепями этого банка”.
Servare modum finemgue tenare “Знать меру и не терять цель из виду “(лат.) Древнее изречение Какими же принципами руководствовались люди, достигшие такого легендарного успеха?
Говорят, у старшего Ротшильда были особые соображения на этот счет, сформулированные в его завещании.
Первое из этих основных положений побуждало их всегда вести дела в постоянном содружестве. И действительно, после смерти отца дела велись так, что любое деловое предложение совместно обсуждалось и планировалось, а любая прибыль делилась поровну. Фактически братья руководили всеми банками как единым совместным предприятием. То, что они заседали при этом в разных концах Европы, означало только бoльшую осведомленность о положении дел и способствовало взаимопомощи. Так называемые пул-договоры обеспечивали общность интересов: их содружество, прежде всего, уменьшало риск, возможный при крупных государственных займах. Каждые три-пять лет братья встречались на собрании общества. Сотрудничество и взаимная поддержка Ротшильдов - законная составляющая их славы.
Одно из других положений гласит по латыни: знать меру и никогда не терять цель из виду. Никогда не гнаться за непомерно высокой прибылью, любую операцию держать в определенных рамках и, насколько позволяет человеческая предусмотрительность и терпение, оградить себя от случайностей - в этом очень простая и, как видим, очень эффективная мудрость. Очевидно, что при определенном упорстве всё приходит - рано или поздно, так или иначе…
Это были не просто слова. У братьев Ротшильдов всё было продумано и поставлено на службу самому главному. Например, и сегодня достойна удивления информационная сеть, благодаря которой они всё про всё узнавали заранее, между тем как не было ни компьютеров, ни даже телефонов. Осведомлённость обо всех политических и финансовых намерениях всегда на шаг вперед остальных заинтересованных лиц была не последним козырем в их деловой игре.
Впрочем, мера их риска стоила меры успеха. Например, в известный период 1815 года все участники фондовой биржы оказались в ситуации, когда их материальное равновесие зависело от исхода военных событий при Ватерлоо. Если верить биографам и легендам, можно представить себе, как с одной стороны за сражением Ватерлоо, притаившись, наблюдает Натан Ротшильд, а где-нибудь с другой стороны по полю близ самой битвы, также пристально высматривая, на коне носится другой Ротшильд - Якоб. Едва убедившись, что враг повержен, Натан, загоняя дорогих лошадей, достигает Остенда, откуда несется по штормовому морю до берегов Туманного Альбиона, соответственным образом наградив отважного капитана. В полубессознательном состоянии от усталости, он продолжил путь в Лондон, и утром объявился на бирже. Неизвестно, как было на самом деле, но факт, что в то утро, когда никто еще не знал о положении дел, Натан поднял панику: будто бы сокрушаясь по поводу успехов Наполеона, он вдруг начал продавать свои акции направо и налево. Авторитетный пример непосредственного свидетеля событий заставил и всех спускать с молотка свои ценные бумаги, которые мгновенно скупались агентами зачинщика. Когда через два дня всё было кончено, хитрец заработал 40 миллионов франков. Ровно в это самое время Якоб в Париже проворачивал подобный же трюк.
Даже удивительно, что фразу “Кто владеет информацией, тот владеет миром”, - придумали не они.
Ротшильды были мастера самых классических предосторожностей. Однажды, когда недоброжелателям-конкурентам удалось перехватить личную деловую переписку братьев, они долго не могли разгадать таинственные непонятные значки. Однако и специалисты переводчики не помогли им справиться со специфическими семейными кодами. Кто же знал, что “сушеная рыба” означает деньги, причем не любые, а принадлежащие принцу Вильгельму.
Благодаря непосредственно личным своим качествам и определенной тактике успеха, они сумели, заинтересовав других, создать и упрочить свое предприятие и, между прочим, уважение к нему. Доверие правительств и знатных семей раскрывалось навстречу здравомыслию и железной исполнительности предпринимателей.
Money makes money “Деньги делают деньги” Английская поговорка Такие были эти Ротшильды. Все. Ведь, в отличие от других знаменитых династий, эта славится еще и долгосменной и прочной преданностью идее семьи внутри рода и в потомстве: в их роду практически не было отщепенцев. Не сыграло ли в этом свою роль то, что Рошильды, к тому же, тщательно следили за “чистотой” своей крови: из 58 браков в этом семействе 29 были родственными. Это - династия, более 150 лет сохранявшая наследственные и приумноженные сбережения в пределах семейной копилки.
Так, третье поколение отнюдь не дало забыть свою “фирменную” марку. Среди внуков “первого” Ротшильда выделялся барон Лионель Ротшильд (1808-1879) в Лондоне, который в течение 20 лет состоял финансовым представителем русского правительства, сын же его стоял во главе лондонской биржи. Глава французского филиала с 1905 г., Эдмон де Ротшильд, прославился противодействием стабилизации франка, а также национализацией железных дорог. В наши дни, несмотря на две мировые войны, конфискацию семейных владений и высокие налоги на наследство, два уцелевших опорных столпа - лондонский и парижский дома банкиров, - и сегодня считаются “великими державами” в финансовом мире. Французская ветвь семьи во главе с Ги де Ротшильдом теперь находится на подъеме, перестраиваясь в новых условиях эпохи “Общего рынка”, конгломератов и международных корпораций. Ее организационное ядро составляют “Банк де Ротшильд” с общей суммой активов 400 млн долларов (1972) и холдинговая компания “Сосьете д энвестман дю Нор” - 105 млн долларов. В сферу контроля и влияния английских и французских, Ротшильдов входят многочисленные компании и тресты средней руки.
Деятельность дома Ротшильдов насчитывает чуть менее 3-х веков. Сегодня весьма многочисленные потомки этого семейного клана ведут свой бизнес во всех уголках земного шара на всех пяти континентах, умудряясь не только поддерживать друг с другом серьезные деловые связи, но и сохранять при этом добрые родственные отношения.
Но главное то, что Ротшильдам удалось не только добиться богатства однажды, а и процветать, защищая себя, на протяжении более чем трех поколений, играя кардинальную роль в мировых процессах даже долее одного полного (19) столетия, что само по себе уже несомненный феномен, над природой которого полезно было бы поразмыслить.
А деньги - это Бог в наше время, и Ротшильд - его пророк Г. Гейне Майер заложил “финансовый взрыв”, осуществленный уже его сыновьями, которые охватили своим влиянием всю Европу, пустив корни в Германии, Англии, Австрии, Италии и Франции. Они были, впрочем, сыновья своего века - времени, когда на первый план выступил денежный капитал. Богатства, до тех пор лежавшие втуне, были пущены в оборот; спрос на деньги значительно усилился. В эпоху революционных потрясений одни состояния рушились, другие создавались. Посредники в этом передвижении наличности - банкирские фирмы - сделались и главными ее собирателями, а среди фирм Европы банкирский дом Ротшильдов занял первое место
Совокупное богатство клана в 70-х годах прошлого века оценивалось почти в 1 млрд. долларов - фантастическая на тот момент цифра. Что касается сведений о размере их богатства на более поздний период, то, если бы мы решили обратиться к словарю, то натолкнулись бы на таинственное “свыше”: 500 миллионов и св. Воображению предоставляется полная свобода в дальнейшей трактовке этой цифры.
Короли века, мировые банкиры и самые богатые люди на свете. Весь мир знал о них и приводил их в пример. Чему удивляться?
Просто это были смелые умные люди, предприниматели, которые хорошо делали свое дело - и смогли удержать успех. Время создало их, а они создали эпоху, которая продолжается. Наверное, Вы согласитесь, что у них можно поучиться. “Ротшильды не могут быть лишними”, - сказал Дизраэли.
Но так или иначе, общественное мнение считает, что столь необыкновенное богатство не может быть накоплено так просто. Наверняка какие-то тайны сопутствовали его рождению и наращению. Если эта тайна не в страсти к наживе, сламывающей все на своем пути, то здесь действительно есть о чем задуматься.
Если бы они позволили нам знать больше, чем мы знаем, что бы это означало: только ли новый повод для обсуждений или и для них реальную материальную угрозу, исходящую от правосудия?
Есть ли, в самом деле, какая-то тайна во фразе завещания одного из характерных продолжателей родовых традиций уже во второй половине 19 века-Ансельма де Ротшильда?
“Категорически и самым решительным образом запрещаю проведение судебной или общественной описи моего наследства, любое судебное вмешательство и любое обнародование размеров моего состояния”.
По материалам журнала “Маркетолог”
Эта транснациональная династия, являющаяся образцом финансово-промышленных магнатов Европы, до сих пор поражает мир как размахом деловых операций, так и своеобразием вкусов и привычек. Мнение, будто Ротшильды самая богатая либо самая древняя династия в мире, ошибочно. Но она, бесспорно, самая легендарная. Их имя стало нарицательным и ассоциируется со сказочным богатством, стабильным успехом, роскошью и престижем - с тем, что стали называть “стиль Ротшильд”. Во многих странах существуют банки Ротшильдов. За два века в Европе неоднократно гремели войны, под ударами революций рушились империи, перекраивались границы государств, а дом Ротшильдов по-прежнему стоял как своеобразный символ буржуазного мира, постоянно приспосабливающегося к новой обстановке. Именно поэтому история династии представляет особый интерес. От благосклонности этой денежной империи порой зависело будущее даже королей. Семья, вышедшая из еврейского гетто во Франкфурте-на-Майне, пережила большую часть европейских монархий, т.к. всегда имела надежный товар. Финансовому гению Ротшильдов было совершенно безразлично, на какой конкретной территории завоевывать господство**. Эмблемой династии является изображение пяти стрел, соединенных цепочкой, что символизирует союз пяти сыновей основателя клана Мейера Амшеля**. А девизом стали слова: “Concordia, Integritas, Industria” (Согласие, Честность, Трудолюбие). Согласие в делах и трудолюбие большинства представителей семьи бесспорно, а вот честность как основа их бизнеса вызывает сомнения. Далеко не все из их опыта достойно пропаганды, однако многое с пользой можно применять и сегодня. Главные принципы ведения дел были сформулированы еще в конце XVIII в. и до середины ХХ в. существенно не менялись. Необыкновенный талант Мейера Амшеля делать деньги обеспечил процветание последующих поколений семьи. Основным правилом, принесшим ему богатство и ставшим незыблемым законом для его потомков, было трудолюбие: ”Капитал - это труд”. Другое правило гласило: “Богатство человека не в том, что он получает, а в том, что сберегает”. Эти слова бароны Ротшильды могли бы написать на своем гербе. Как и большинство немецких евреев, Мейер Амшель не имел фамилии. Прозвище “Ротшильды” его семья получила от красного щита (по-немецки “roten Schild”) на фасаде дома во Франкфурте-на-Майне. Первый “банк Ротшильда” помещался в лачуге площадью всего 4 кв. м. Вскоре дело стало процветать. Энергичный, деятельный, компетентный - Мейер Амшель не остался в тени. Но успех не вскружил ему голову. Риск не был в его натуре, он был терпелив, умел выжидать момент и действовал наверняка. Все его операции отличались осторожной смелостью и потому были удачны. Важный принцип его деятельности состоял в том, чтобы “не давать деньгам залеживаться: когда только возможно, пускать их в оборот.” Мейер Амшель не терпел посредников, делами занимался лично. О его проницательности ходили легенды. Использование должности придворного банкира в собственных интересах заложило основу будущей финансовой империи: по всей Европе была создана сеть преданных лично Ротшильду агентов. Скромным, но многообещающим дебютом фирмы была торговля наемниками. Биограф семьи Ц. Корти писал: “Прибыли от войн, полученные в те времена, представляли собой подлинную исходную точку огромного состояния, нажитого впоследствии домом Ротшильдов. Каждый раз крушение какого-то государства приносило им новые богатства”. Одна из блестящих идей состояла в следующем: Ротшильд через посредников покупал в Америке шерсть и ситец для продажи в Европе, расплачиваясь векселями должников двора, а по возвращении во Франкфурт получал деньги и хорошие комиссионные. Такая система двойного дисконта устраняла риск перевозки денег и позволила извлечь выгоду из войн. Рост цен, нехватка товаров, военные поставки играли на руку торговой деятельности Ротшильда. Другим предусмотрительным поступком Мейера Амшеля было создание большой семьи - рождение 5 сыновей и 5 дочерей. Основатель династии решил, что дочери и их наследники не должны иметь прав на часть фирмы. Такое право закреплялось только за прямыми мужскими наследниками. По этой причине в семье были распространены родственные браки, которые способствовали преданности клану и помогали накоплению богатства. От финансовых дел женщины в семье вообще были отстранены, и это стало одним из принципов фамильного менеджмента, весьма спорного с современной точки зрения. А мальчиков Ротшильды обучали всем тонкостям управления делами и таким образом из поколения в поколение регулярно воспроизводили талантливых финансистов. После смерти Мейера Амшеля в 1812 г. его совокупный капитал оценивался в 150–200 млн. золотых франков, что вдвое превышало активы Французского банка. Старик завещал сыновьям “хранить между собою братское согласие”. И хотя позже фирма неоднократно меняла правовой статус, разделялась и вновь сливалась воедино, обязательство о негласной семейной солидарности всегда оставалось в силе. Оно выразилось в следующем принципе управления: никаких чужаков на высших руководящих постах. Недоверие к людям вообще характерно Ротшильдам, что объясняется их стремлением к сохранению коммерческой тайны. Им удалось сохранить завидную сплоченность и многие деловые и семейные традиции. Главным проектом стало создание во всех крупных столицах Европы филиалов с системой двойного дисконта и со своей особой специализацией. Было создано пять банков во главе с сыновьями - Амшелем (во Франкфурте), Соломоном (в Вене), Натаном (в Лондоне), Джемсом (Якобом) (в Париже), Карлом (в Неаполе). Формально они были независимыми друг от друга, но имели общую систему связи - курьерскую службу, которая позволяла получать известия о важнейших политических событиях, о любых биржевых потрясениях раньше всех. Умение Ротшильдов быстро собирать сведения, а если надо - и распространять дезинформацию, сыграло большую роль в том, что история дома тесно переплелась с историей Европы. Семья давно успела оценить всю важность своевременной информации для торговца и банкира. Талейран писал: “Ротшильды всегда на 10-12 часов раньше королевских послов информируют английское правительство о событиях. Это происходит потому, что их курьеры пользуются специальными морскими судами, которые не имеют права перевозить никого, кроме этих курьеров, и отправляются в путешествие через Ла-Манш независимо от погоды”. Курьерская связь Ротшильдов была надежнее чем у любой великой державы. В соответствии с полученной информацией они корректировали свою финансовую политику. Старший Ротшильд научил детей любить не только деньги, но и труд. Братья работали не покладая рук, и вскоре их достижения в финансах превзошли все надежды основателя. Коммерческие задачи они решали остроумно, тонко и с большой хитростью. Всю международную стратегию династии согласовывал франкфуртский дом под руководством молодого Амшеля. Самым предприимчивым и колоритным из братьев был Натан, добившийся успеха в Лондоне. Его отличала смелость проектов, целеустремленность, вера в свою звезду, необычайная самонадеянность, граничащая с наглостью, авантюризм. С людьми Натан держался властно, надменно, презрительно; с подчиненными - повелительно и жестко. Весь поглощенный своим делом, он жил им и для него. Это - человек борьбы за деньги. Несмотря на молодость и небольшой финансовый опыт, опираясь на престиж отцовского имени, Натан вскоре показал свои способности. Ряд блестящих финансовых афер, проведенных им, послужил основой всеевропейского влияния Ротшильдов. Наиболее знаменит биржевой “путч” во время битвы при Ватерлоо, когда Натан обманным путем спровоцировал продажу ценных бумаг и скупил их через своих агентов. Проявленное им хладнокровие и профессиональная сообразительность позволили значительно увеличить состояние семьи. Натан стал общепризнанным финансистом и получил от британского правительства неслыханную монополию на торговлю золотом и драгоценными металлами. Соломон умел хорошо улаживать конфликты и продвигать дела семейства. Вскоре попал ко двору. Во время Венских конгрессов финансовые отношения Англии, Австрии и России требовали значительного перемещения капиталов. Благодаря международной структуре своего банковского дела Ротшильды лучше всех годились для осуществления таких операций: они избавляли клиентов и от задержек оплаты, и от риска, связанного с перевозкой денег. Глава правительства Австрии Меттерних отблагодарил Ротшильдов титулом баронов. Джемс, чей ум вполне соответствовал большим амбициям, успешно управлял делами в Париже. Экономическая ситуация в Европе после наполеоновских войн вызвала необходимость в государственных займах. Главная роль в их проведении принадлежала частным банкам. Они давали казне кредит на сумму, соответствующую определенному числу облигаций, которые затем продавались частным лицам с немалой выгодой. Сохраняя значительную часть государственных долговых обязательств, банкиры имели возможность оказывать давление на правительства, чтобы получить выгодные казенные заказы и концессии. Джемс Ротшильд был вхож в коридоры власти и получил свою долю в этих откупах на очень выгодных условиях, давал кредиты многим европейским монархам. К тому же он сумел занять в финансовом мире доминирующее положение, что позволило ему в будущем влиять не только на экономическую, но и на политическую жизнь с выгодой для себя. Джемс создал страховые общества и первые железнодорожные компании. К середине XIX века Ротшильды находились на вершине могущества. Политические осложнения того времени в конечном итоге снова обернулись выгодой: будучи представленными сразу во всех враждебных лагерях, братья научились осторожному правилу распределения риска, неизбежно оказываясь на стороне победителей, извлекая из этого максимальную прибыль и действуя по принципу: “Не связывать свою судьбу тесно с каким бы то ни было политическим режимом внутри страны, как и с определенной державой - в международных делах, а иметь прочные интересы и хорошо оплаченных “друзей” всюду, где только возможно”. Осведомленность в политических делах расширяла перспективы финансовых операций, которые приобрели международный характер. Один из французских авторов писал: “Сила Ротшильдов состояла не столько в их личном состоянии, сколько в том положении, которое они заняли при правительствах”. Их традицией было привлечение к себе людей, обещающих стать историческими личностями. В этом у Ротшильдов проявлялось удивительное чутье. Во время I мировой войны лондонский банкирский дом Ротшильдов финансировал правительства 18-и стран мира. В этих условиях особенно необходимо было тесное сотрудничество всех ветвей клана в сфере бизнеса. Было решено создать международный синдикат, который получал огромные прибыли до кризиса 1929 г. В ХХ веке соотношение сил на мировом рынке существенно изменилось, что трансформировало и характер деятельности клана - они стали принимать на вооружение новые методы менеджмента. Создавались так называемые деловые банки, которые занимались кредитованием промышленности. Это в свою очередь усиливало внимание к новым перспективным отраслям - добыче руд и производству цветных металлов. Так как значительная часть рудных богатств находилась в тропических странах, появился интерес к речному и морскому судоходству, строились судостроительные верфи. Проявлялось внимание и к добыче южноафриканских алмазов, бакинской нефти, к угольным шахтам и цементной промышленности юга России. В 30–40-е гг. разразился новый кризис. Однако опыт приспособления к резко меняющейся обстановке, грандиозное состояние, обширные связи помогли семейству выстоять. В чем же секрет поразительной стойкости Ротшильдов в конкурентной борьбе, каковы особенности их делового стиля? Их представителей всегда отличало умение чувствовать прибыль в самых неожиданных предприятиях, редкое сочетание предельной осторожности с дерзким авантюризмом. Международный характер группы постоянно вынуждал к сложным, порой запутанным и противоречивым маневрам. Одним из наиболее существенных преимуществ семейства остаются необычайно широкие и разветвленные международные связи. Члены семьи Ротшильдов продолжают занимать ведущую роль в руководстве, в выработке единой стратегии при решении серьезных политических и экономических проблем. Они опираются в своей работе на многочисленную, квалифицированную и влиятельную группу высших менеджеров, но в отличие от многих других олигархов Ротшильды, и ныне отводят им лишь подчиненное положение при более чем щедром вознаграждении. До 60-х гг. финансовая группа сохраняла четко выраженный семейный характер и всегда тщательно оберегалась от вторжения извне. В новых условиях традиционная структура дома Ротшильдов нуждалась в реорганизации. Инициатором в расширении сфер и выработке новых методов деятельности стал глава французской ветви Ги де Ротшильд. Развитие НТР требовало крупных капиталовложений, которые не под силу были отдельным семейным фирмам. В обстановке неустойчивой конъюнктуры не было необходимой надежности для инвестиций. Поэтому начала проводиться политика взаимных участий, которая позволяла с помощью сравнительно небольших средств подчинить капитал, превосходящий в десятки раз собственный. Организация системы участий скреплялась, как правило, совместительством постов представителями семьи и их менеджерами в целом ряде компаний. Менялись направления и методы деятельности: проявлялась тенденция к универсализации деятельности банков - кроме обычных банковских операций более широко стали использоваться долгосрочное кредитование промышленности, в том числе средних и мелких компаний, размещение на рынке ценных бумаг, учредительная деятельность по организации промышленных, торговых, транспортных и финансовых обществ. Учредительная деятельность использовалась не только для получения прибыли, но и для получения доступа к контрольным пакетам акций компаний. Активно создавались специализированные кредитно-финансовые общества, аккумулировавшие свободные денежные средства населения: страховые компании, инвестиционные тресты, компании регионального развития и др**.** С их помощью методы контроля и управления группой были в значительной мере усовершенствованы. Система контроля на современном этапе стала гибче и подвижнее, сочетая определенную самостоятельность в текущей деятельности и централизацию в интересах всей группы. Реорганизация значительно укрепила финансовое положение, сократила риск и способствовала маневрированию в инвестициях капиталов. Это в свою очередь надежно гарантировало средства акционеров и способствовало высокой котировке акций на фондовых биржах. Важную роль в организационной структуре группы играли холдинг-компании, созданные с целью управления контрольными пакетами ценных бумаг промышленных обществ. Ротшильды участвовали и в создании первых во Франции лизинговых обществ, выступающих в качестве финансовых посредников между промышленными и торговыми фирмами при сдаче оборудования в аренду. Это усилило позиции династии среди промышленных и торговых компаний. Все эти финансовые институты - основной механизм господства семьи в различных отраслях хозяйства. Другие способы расширения сфер влияния: организационно-техническое обслуживание компаний, производственные связи предприятий, консультации по nехнико-экономическим и финансовым вопросам. Все большая консолидация группы Ротшильдов, расширение ее состава привели к увеличению масштабов охвата разных сторон экономики. Выделялись два направления - традиционные сферы и новые отрасли деятельности. К первым относятся банковско-кредитная сфера, цветная металлургия, транспорт. Ко вторым - нефтепереработка, химическая промышленность, радиоэлектроника, точное машиностроение и электротехника, военные заказы для атомной, авиационной и ракетной промышленности, капиталовложения в туризм, строительство, виноделие, внутреннюю торговлю, черную металлургию и другие отрасли. Несмотря на блокирование с другими финансовыми группами, в целом Ротшильдам удается сохранять независимое положение благодаря ставке на государственный сектор. Еще большие выгоды обеспечивает им участие совместно с государственными учреждениями в смешанных компаниях, получающих от государства субсидии и выполняющих специальные госзаказы. Использовать государство в своих интересах семье помогают давние “дружественные отношения” с госаппаратом. Речь идет не столько о примитивном подкупе, сколько о прямом выдвижении на руководящие государственные посты людей, тесно связанных с кланом своими экономическими и политическими интересами. Бывшие менеджеры Ротшильдов и раньше часто занимали ответственные должности - от высших чиновников в ряде министерств и ведомств до поста премьер-министра. Достаточно упомянуть, что Жорж Помпиду был директором парижского банка Ротшильда. После того, как он стал президентом Франции, начался расцвет парижского филиала. Колоссальное влияние на государственную политику ряда стран сохраняется и сегодня. Важнейшей составной частью семейного дела по-прежнему остается отработанная система обмена информацией, оснащенная сегодня спутниковой связью и сверхсовременными компьютерами. Большое значение имеют тесные связи с многими крупными банками мира, политика “перераспределения риска”, активность в международной торговле, особенно на рынке драгоценных металлов, в области обмена валюты, в международных арбитражных операциях. Усиливается интерес к развивающимся странам Африки и Латинской Америки. По словам французских аналитиков, Ротшильды “меняют кожу”: они все больше отходят от консервативной для современного капитализма тактики и стратегии банкирского дома. Благодаря успешно проведенной реорганизации их влияние в мире возросло. Их стиль финансового менеджмента выдержал все испытания временем. К концу ХХ века главные ветви династии находятся во Франции, Англии, Швейцарии. Общее состояние потомков Ротшильда в середине 90-х годов оценивалось примерно в 9 млрд. фунтов стерлингов. Центром деловой активности остается банк “Н.М. Ротшильд и сыновья” в Лондоне, которому более 190 лет. Он был последним частным банком Англии, который находился под полным контролем одной семьи. Действует банк “Ротшильд и Ко“ в Париже, холдинговая финансовая компания в Женеве и “Банк Ротшильдов” в Цюрихе. Глава французской ветви Ги де Ротшильд, отошедший от дел, написал мемуары, в которых заявил: “Упорство - наше родовое качество. Чем глубже твои корни в каком-либо деле, тем труднее тебя оторвать от него…”. Исключительная удача Ротшильдов объясняется верностью традициям. Между ними не было ни одного мота - их расходы всегда меньше прибыли. Их сила в миллионах, которые постоянно находятся в одних руках. За Франкфуртом-на-Майне благодаря Ротшильдам и сегодня сохранилось звание европейской финансовой столицы, которое еще раз было подтверждено решением ЕС о создании там его главного финансового института.
*Помните анекдот: “Может ли оказаться счастливыым брак по расчету? - Да, если расчет правильный”. С бизнесом дела обстоят точно так же. Каждый человек, начинающий свой бизнес, надеется преуспеть. Это аксиома. Только не у всех получается правильно все расчитать… *
Вы знаете, что головокружительные успехи Ротшильдов на парижской бирже не были случайностью? В те годы состояние биржи колебалось в зависимости от побед Наполеона. Противоречивые слухи лихорадили биржу. Ротшильд нашел простое решение: с военным обозом Наполеона был отправлен доверенный человек с почтовыми голубями. Реальная информация, полученная раньше других, позволила Ротшильду вести беспроигрышную игру на бирже. Результат мы знаем. Гибель наследника Ротшильдов
С самого начала — с того самого апрельского дня, когда наследника империи Ротшильдов — 23-летнего Рафаэла мертвым подобрали на 10 авеню (между 18 и 19 улицами — в самом центре прогулочного Манхэттена), было ясно, что… всю правду нам не узнать никогда.
Так было, когда Амшел Ротшильд, в котором видели продолжателя дела семьи, в 41 год повесился в парижском отеле «Бристоль» пять лет назад; не многое знаем мы о его деде, который несколькими месяцами ранее, заболев энцефалитом, перерезал себе глотку; и не больше — о застрелившемся из-за несчастной любви еще в 1909 году Оскаре (ему не разрешил жениться на бедной девушке отец — глава австрийской ветви рода).
Не стала семья особенно распространяться о кончине любимого человека и на сей раз. Думаю, лаконичное сообщение в «Нью-Йорк таймс» вряд ли стоит отнести за счет безденежья.
Первоначальная версия, записанная полицией со слов друзей Рафаэля, выглядела так. Обычная вечеринка у известного художника Дастина Йеллина — плясали, веселились. Молодой Ротшильд был со своей давней подружкой — ведущей манекенщицей ‘Victoria’s Secret” Карен Элсен. Роман между ними давно закончен, но цивилизованные люди врагами из-за таких мелочей не становятся. Потом все пошли спать, а наутро Рафаэла никак не могли разбудить. Кто-то вызвал «скорую», и один из приятелей — некто Корбин — буквально вынес барона на улицу, но тот уже был мертв.
Видавшие виды полицейские только посмеялись, что их принимают за простаков, и арестовали Корбина, предъявив ему обвинение в хранении наркотиков. О пристрастии к ним наследного миллиардера стражам правопорядка было известно давно: их «шестерки» так и снуют по барам этой части города, да и юные отпрыски состоятельнейших родителей не очень-то скрывают свои слабости — старики выручат! Пасутся эти ребятишки не столько в фешенебельных, сколько в допускающих любого свойства вольности барах — “Halo”, “Moomba”… Нет, в них самих — это проверено — кокаин не продают. Героин — и подавно. Но потреблять не возбраняется: нюхай, колись, только чтобы все было шито-крыто. А чтобы раздобыть их, достаточно выйти на улицу, взять свой сотовый телефон и позвонить.
Как выяснится позже, когда тусовка уже начнет «раскалываться», позвонил в тот роковой вечер накануне своей смерти и Рафаэл. Вскоре заказ прибыл, и он с наслаждением принялся вдыхать белый порошок.
Все это видели (а равнодушное созерцание преступления по американским законам карается строжайшим образом), но вот в номере «Нью-Йорк пост» за 4 мая один из непоименованных друзей Рафаэла утверждает, что в гостях у Дастина Йеллина собирается все больше добропорядочная публика: «Многие пришли бы в бешенство, знай они, что где-то рядом ходят наркотики…»
А женщины? Когда любят, готовы не заметить (или простить?) все на свете. Карен Элсен не в силах даже дать показания. Она совершенно разбита горем. Ну уж она-то, прожив с человеком год, должна бы знать, что он наркоман?
Адрес Рафаэла значится тот же, что и у родителей: 1040 Fifth Avenue. Скромное строение, в котором жила Жаклин Кеннеди-Онасис — в ее квартире теперь обитает миллиардер Дэвид Коч. Есть у Ротшильдов и шато в Бордо, поместье в Сен-Тропез, дача — убежище от мирской суеты — на Карибах. Но сын предпочел иную жизнь, начинающуюся в Челси в то время, когда большинство американцев только еще добираются на метро да автобусах до дому, а кончается глубоко за- полночь, если так можно назвать пору, когда в Нью-Йорке уже щебечут птицы.
Истинную причину его смерти до сих пор никто не называет, хо-тя, повторяю, у полиции на это счет нет никаких сомнений. Есть и свидетельства, что первая доза не сработала, и, потанцевав, де Ротшильд «заправился» еще… Наутро, говорят, он вдруг сильно захрапел, моментально стал синим от удушья, и к приходу «скорой» его уже не стало.
Даже в этом повествовании есть расхождения. Корбин поначалу заявил, что снес друга на улицу, чтобы медики, прибыв, могли побыстрее заняться им. Сегодня утверждается, что Рафаэл лежал дома у Йеллина.
Но каким тогда образом полицейские подобрали его на улице?..
Кстати, имя Ротшильдов не в первый раз упоминается в связи с наркотиками: в 1996 году барон Бенджамин Ротшильд, которому было тогда 29 лет, был задержан в лондонском аэропорту Хитроу за провоз героина. Небольшая партия — всего-то граммов 15 — сразу видно, что для собственного пользования, а не на продажу…
Случилась беда — вот что абсолютно точно. Обычно в таких случаях семьи погибшего ищут виновных: этот знал, но не остановил, тот помогал доставать наркотики, третий вообще дал парню первую понюшку белой смерти… И какой же силой воли, каким чувством кланового достоинства нужно обладать, чтобы, подобно родителям Рафаэла, отказаться искать вину в ком-то еще!
Судя по характеристикам друзей, он рос человеком незаурядным: был начитан, хорошо знал философию, прекрасный собеседник, человек, интересующийся событиями в мире. В мае прошлого года де Ротшильд с отличием окончил философское отделение Университета Брауна. И с полным основанием считался продолжателем дела рода, принцем необъятной империи.
Эта династия банкиров зачиналась в XVIII веке Меиром Амшелем Ротшильдом — ростовщиком из Германии, разославшим пятерых своих сыновей в Лондон, Париж, Неаполь и Вену. Все они преуспели в отцовском, как сказали бы сегодня, бизнесе. Пра-прадедом Рафаэла был младший сын Меира Джеймс, обосновавшийся во Франции. Но больше всех преуспел другой брат — Натан. Его лондонский банк “NM Rothschild” финансировал военную кампанию против Наполеона и неплохо заработал на строительстве Суэцкого канала.
Натаниэл — отец Рафаэла работал во Франции, но в 80-е годы перебрался в Нью-Йорк, где сначала сотрудничал с родственниками в Великобритании, а нынче уже и возглавил 8-миллиардное предприятие. Женился он на дочке бывшего командующего израильского военно-морского флота.
Что и говорить, род досточтимый, древний и пустивший корни по всему миру. Стоит ли удивляться, что кто-то из Ротшильдов мог быть болен, кто-то добровольно покинул земные пределы, — всякое бывает.
«Ротшильды со своей братвой — эти псевдокоролевские отпрыски… Тошнотворно иногда видеть, как они гуляют — они не держат ударов», — сказал журналистам Сэм Шаффер, владелец популярного «ночника» “Serena”, имея в виду удары судьбы.
Поодиночке — быть может, но сообща клан, похоже, достаточно силен, чтобы справиться с бедой.